Рас­смот­ри порт­ре­ты рус­ских пи­са­те­лей.

Рас­смот­ри порт­ре­ты рус­ских пи­са­те­лей.

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)

Юрий Иоси­фо­вич Ко­валь  — один из самых ярких дет­ских пи­са­те­лей XX века, его книги мно­го­крат­но пе­ре­из­да­ют­ся. У него был зор­кий взгляд ху­дож­ни­ка, ведь он и сам за­ме­ча­тель­но ри­со­вал. Юрий Ко­валь умел оста­нав­ли­вать мгно­ве­ние, видя кра­со­ту, не­до­ступ­ную глазу обыч­но­го че­ло­ве­ка. Ю. Ко­валь ис­хо­дил де­сят­ки ки­ло­мет­ров по лесам и полям, по­дол­гу жил в за­бро­шен­ных де­ре­вуш­ках, на­блю­дая за при­ро­дой. Люди и при­ро­да в про­из­ве­де­ни­ях пи­са­те­ля живут в пол­ном со­гла­сии друг с дру­гом. За свои про­из­ве­де­ния Ю. И. Ко­валь был удо­сто­ен мно­же­ства на­град. По не­ко­то­рым кни­гам пи­са­те­ля сняты ху­до­же­ствен­ные филь­мы и мульт­филь­мы.

В пер­вый раз она по­яви­лась ве­че­ром. Под­бе­жа­ла чуть ли не к са­мо­му ко­ст­ру, схва­ти­ла рыбий хво­стик, ко­то­рый ва­лял­ся на земле, и ута­щи­ла под гни­лое брев­но.

Я сразу понял, что это не про­стая мышь-полёвка. Куда мень­ше полёвки. И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой, как у крота. Скоро она вер­ну­лась, стала шмы­гать у меня под но­га­ми, со­би­рать рыбьи ко­сточ­ки и, толь­ко когда я сер­ди­то топ­нул, спря­та­лась.

«Хоть и не про­стая, а всё-таки мышь,  — думал я.  — Пусть знает своё место».

А место её было под гни­лым кед­ро­вым брев­ном. Туда та­щи­ла она до­бы­чу, от­ту­да вы­ле­за­ла и на дру­гой день.

Да, это была не про­стая мышь! И глав­ное  — нос! Ло­па­точ­кой! Таким носом толь­ко землю рыть.

А зем­ле­ро­ек, слы­хал я, зна­то­ки раз­ли­ча­ют по зубам. У одних зем­ле­ро­ек зубы бурые, у дру­гих  — белые. Так их и на­зы­ва­ют: бу­ро­зуб­ки и бе­ло­зуб­ки. Кем была эта мышка, я не знал и за­гля­ды­вать ей в рот не то­ро­пил­ся. Но по­че­му-то хо­те­лось, чтобы она была бе­ло­зуб­кой.

Я на­звал её Бе­ло­зуб­кой  — на­у­гад.

Бе­ло­зуб­ка стала по­яв­лять­ся у ко­ст­ра каж­дый день, со­би­ра­ла хво­сты-плав­нич­ки. Съесть всё это она никак не могла, зна­чит, де­ла­ла на зиму за­па­сы, а под гни­лым кед­ро­вым брев­ном были у неё тай­ные по­гре­ба. К осени на­ча­лись в тайге дожди, и я стал ужи­нать в из­буш­ке.

(По Ю. И. Ко­ва­лю)